Личный опыт

02.04.2017

Дмитрий Торчиков
Латвия

Дмитрий Торчиков

Фрилансер

Живой учебник истории

Я решил записать эту беседу только через сутки... До сих пор под впечатлением

Живой учебник истории
  • Участники дискуссии:

    21
    144
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

 

Записки из Голландии
 

Дама из Амстердама и немного про торт
Пирог по-русски. Не без мата, словаря и бутылки вискаря

За сметаной. Дама из Амстердама — 2
                       
     
Давайте, я вам помогу?

— Нет-нет, что вы, я должен сам...

Я стоял и глазел на католическую церковь, когда из неё вышел высокий мужчина преклонных лет с тростью.

— Интересуетесь архитектурой?

— Да я не специалист, но вижу что новострой. Не древний храм.

— Да, ей 152 года всего. Это классический приход Римской католической церкви. Там дальше у реки есть настоящий средневековый храм, но он протестантский. У нас тут интересно в этом плане. Люди, думающие прогрессивно, перемещались на восток через основные реки — и там уходили в протестанство. На этом берегу оставались люди, верные традиционным ценностям. Консерваторы, можно сказать.

— Интересно.

— А вы, молодой человек, откуда?

— Я из Латвии.

— О-о-о, у вас тоже очень любопытная ситуация там. Вы из русской общины или из латышской?

— Я из русской. А откуда такие познания? Вы первый здесь, кто знает о Латвии хоть что-то.

— Мой отец, несмотря на то, что был строгим католиком, поддерживал идеи Маркса и Энгельса и старался следовать основным положениям и принципам их научных трудов. Мы — крестьяне в девяти поколениях, и люди, которые у нас работали, никогда не были рабами. Они трудились на нашей земле ровно столько же, сколько и мы, и ели все за одним большим столом. Соседи бурчали, что так нельзя, разбалуешь свободой, обворуют, спалят дом и уйдут. Отец был железным человеком, и если он принял решение, то никто не мог его изменить.

— Так а про Латвию вы откуда знаете?

— Дело в том, что отец очень интересовался моделью Советского Союза, но информации было очень мало. Хорошо, что он умер до того, как выяснилось, какие ужасы происходили в стране под флагом идеалов Маркса и Энгельса. Отец передал и мне этот интерес, и уже после его смерти я подробно изучал историю СССР. Слежу и теперь, но уже по инерции, глубоко не вдаваясь. А вы, стало быть, православный?

— Ну, это было бы громко сказано. Я крещённый в православии, но в бога не верю.

— И правильно, — неожиданно сказал старик. — Если не веришь, то и не ходи в храм, не обманывай себя, прихожан и всевышнего. Сейчас многие ходят в церковь отстоять одну мессу, так, для галочки. А христианских идеалов в жизни не придерживаются. Врут, а это тяжёлый грех.

— Я, наверное, быстро иду?

— Ничего-ничего, стимул для меня будет доказать, что и в 92 с палочкой могу поспевать за молодыми. (Смеётся.) Я ведь до 70 лет отработал на своей земле. Только когда ноги начали сдавать, дети уговорили врачей запретить мне садиться в трактор.

— А вы так о протестантах... нелестно как-то высказываетесь.

— Это трагедия нашей семьи. Мама была новатором. Он так любила отца, что всеми возможными способами пыталась облегчить его труд. Уговаривала его продать часть земель и купить трактор и насосы. Отец не соглашался, ссылаясь на то, что веками так работали и не жаловались. Новаторство мамы в какой-то момент перешло обычные границы, и она ударилась в протестантизм. Семья дала трещину. Идеи свободной веры и новых веяний в этом направлении так её пропитали, что она решила оставить отца и с пятерыми детьми перебраться на восток, за реки, в другую общину.

— А как же отец? Как земля? Как хозяйство?

— Отец был человеком строгих правил и землю предков не оставил. Он никогда в жизни ни у кого ничего не просил, но содержать несколько гектаров одному было не под силу. Он подошёл ко мне, строго посмотрел и спросил: «Ты уверен, что хочешь покинуть эти земли навсегда?» Я понимал, что для него это был единственный способ попросить о помощи. Я уговорил маму разрешить мне вернуться и помочь убрать урожай.

— И вы оставили мать и братьев и остались с отцом?

— Нет, война нас разъединила навсегда. Мать считала Гитлера гением, который изменит мировую систему к лучшему. Так мои братья оказались в рядах германской армии. Именно протестантская часть европейцев поддержала Гитлера — в надежде на глобальные изменения в укладе жизни. Уже после войны мы узнали, что мать погибла под бомбёжкой американцев, старший брат — в бою с англичанами, а Эрик, младший, погиб на Восточном фронте от русских. Мы же с отцом ушли в леса под Альпы, когда нашу мельницу разнесло в клочья.





Было понятно, что ничего уже будет не спасти, и мы оставили всё и с двумя мешками муки сели на повозку и прожили всю войну в лесах, в землянках. Когда отец уезжал перезахоранивать тела матери и братьев, он мне сказал, что никакая святая идея не стоит человеческих жизней. Он запретил мне ездить на их могилу. Его давно нет, и я мог бы... Но отец меня научил всему в жизни, и я не могу предать его идеалы. Именно поэтому я рад, что он так и не узнал, что творилось в СССР, в который он искренне верил.

— Вы вернулись на свои земли после войны?

— На земли вернулись, но выяснилось, что в нашем доме жили немецкие офицеры. Отец сжёг дом дотла и сровнял его с землёй. Последующие годы мы восстанавливали как своё хозяйство, так и страну в целом. В межсезонье мы уезжали строить дамбы и возводить новые земли. Все строили новую Голландию. Никто не сидел дома. Это нас очень сплотило. За 20 лет мы отстроили страну заново, что могли — восстановили, что не смогли — построили заново. Тогда и приехали сюда первые мигранты. Своих рук не хватало, и мы всем миром приводили наши земли в надлежащий вид. Тем кто помогал, давали гражданство страны и землю.

Они это заслужили честным трудом. То, что есть у нас сейчас, это заслуга послевоенного поколения и первой волны эмиграции. К сожалению, эта игра в толерантность привела к определённым последствиям. Сейчас здесь живёт миллион мусульман, недовольных нашим традиционным образом жизни. Недовольны не те, кто строил эту страну, а те, кто приехал уже на всё готовое. Я ни в коем случае не расист. Я бок о бок работал с людьми из Африки и Азии. Мои шестеро детей наполовину индонезийцы. Наша ситуация сродни вашей в чём-то. Русские же приехали строить и возводить, а не сидеть на шее у местного населения. Это всё грязь, которую разводят политики. Принцип «разделяй и властвуй» никто не отменял. И как мы видим, он и по сей день работает.

— Ну вы просто учебник истории Голландии!

— Я не учебник. Я часть этой страны, её истории, её побед и поражений. Ну вот я и пришёл. По воскресеньям после церкви я всегда прихожу сюда. Здесь собираются старожилы этих мест. Мы пьём чай, «хвалимся» болезнями и вспоминаем навсегда ушедшую молодость. Там очень хорошие молодые люди работают. Они нам помогают. Если кто не может прийти сам, приедут на машине, привезут, усадят за стол, нальют чаю с круассанами. Эти молодые люди понимают, что всем, что у них есть, они обязаны нашему поколению. Спасибо, что так внимательно меня выслушали. Там-то все старухи знают мою историю наизусть. А у вас глаза горят, вы впитываете эту информацию жадно, по-настоящему. Проживите жизнь так, чтобы люди были вам благодарны. Это не зависит от веры, бога, церкви. Это общее правило для всех. Так говорил мой папа.


P.S. Я так долго думал о его словах, что решил написать о нашей беседе только через сутки. До сих пор под впечатлением.
      

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Дмитрий Торчиков
Латвия

Дмитрий Торчиков

Фрилансер

Странная женщина

Все убийства в исполнении маньяков так и начинаются

Дмитрий Торчиков
Латвия

Дмитрий Торчиков

Фрилансер

Дама из Амстердама

И немного про торт

Алла  Березовская
Латвия

Алла Березовская

Журналист

КАК ВОЗРОЖДАЕТСЯ ХРАМ В ЮРМАЛЕ

НОВАЯ ШЛЯХТА: КАЗУС ЕГОРА ЖУКОВА

Что мешает русским Латвии бороться за свои права?

Это зависит от того где они молчат. Например на имхо можно втихаря настучать на кого нибудь. Может это не так уж и выгодно, зато приятно. А зачем ещё нужна выгода как не для того ч

НОВАЯ ШЛЯХТА: КАЗУС ЕГОРА ЖУКОВА

Не знаю, заговор ли, но выглядит странно. Только журналистки, и только либеральные. Не похоже, что он подвержен столь странной форме извращений. :)

«Нам нужна другая Франция»: всеобщая забастовка на родине революций

Не должны, ни Вы, никто другой не должен) - В прошлой моей инкарнации Вы пытались "разоблачить" меня - поройтесь в архиве, освежите память. Вы просто хотите пообщаться со мной - вс

Валяйте, бомбите Смоленск

Какие они, эти ваши - коммунисты? Коммунисты смотри вон сколько всего настроили и насоздавали! Эти же ничего создавать и не собираются, все эти годы только делят, разрушают, присва

КАК ВОЗРОЖДАЕТСЯ ХРАМ В ЮРМАЛЕ

а я в сапоги заправляю клеша ...меня не догонишь - жизнь хороша!

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.