Лирика

15.09.2019

Жанна Таль
Россия

Жанна Таль

Педагог по вокалу

Воскресное. Мы все родом из детства

Воскресное. Мы все родом из детства
  • Участники дискуссии:

    10
    18
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад


Медленно, с трудом, как на каторгу, поднимаясь по ступенькам консерватории на второй этаж, где находился актовый зал, Жанна думала: жаль только, что папа не смог прийти...

Сегодня на ее концерт не придет никто. Лучшие друзья все в отъезде. А папа... папа лежал в больнице.

А больше Жанна никого и не приглашала, никогда. Не любила она этой публичности. Да и страх опростоволоситься каждый раз сжимался ледяной гадюкой в животе, стоило мыслям лишь оказаться на сцене огромного, гулкого зала. 
Так что, если уж позориться, то пусть исключительно перед чужими.

Вчерашний день, как это бывало почти перед каждым концертом, превратился в сплошной кошмар.

Весь день репетиции. Сначала, рано утром, в классе, потом в концертном зале. Десять часов...

А под конец, поздно вечером, они с мамой всё-таки едут к папе. Везут ему котлетки, домашние, с маминым салатом из огурчиков — как раз первых, майских. 
И там Жанна, впервые за весь этот изнурительный день, ест. Только потому, что за компанию с папой. А то ни сил, ни времени, ни нервов. Крики, ругань, страх, слёзы, упражняться, упражняться, упражняться... Какая тут еда нафиг.

Господи, но как же это вкусно! И этот запах чистого, свежего укропа... И какое же это наслаждение лежать на койке рядом с папой! Никто не дергает, не орет. С ним так спокойно, так уютно, что вся усталость и слёзы забываются... 
А папа, похудевший так, что смотреть страшно и долгое время вообще отказывающийся есть, глядя на то, с каким наслаждением это делает Жанна тоже начинает... потихоньку. Кусочек Жанне, кусочек папе. Мама смотрит и довольно улыбается. Получилось.

Жаннины учителя всеми силами пытались предотвратить это посещение больницы накануне концерта.
 
— Ей надо заниматься, вы что, не понимаете?!

Но тут мама, впервые за всю историю учёбы, встала и тихо, но твердо сказала:

— Вы совсем с ума сошли? Мозги включите? Мы едем. Это ПАПА, а не ваши идиотские репетиции!

Поздно ночью, вернувшись из больницы, Жанна садится за рояль и медленно «прорабатывает» полонез. Как ей было сказано. Ноту за нотой, позицию за позицией. Руки и голова уже не слушаются, но чувство долга сильнее... 

А потом, даже толком не раздеваясь, она просто падает в кровать и проваливается куда-то в темноту. Только чувствует, засыпая, как мама аккуратно натягивает на нее пижамные штаны и целует в щеку.

И вот сегодня, поднявшись на ватных ногах по этой ненавистной лестнице, она направляется в класс, где ее ждут оба педагога...

Кстати, единственная отдушина в этом концерте, это то, что сегодня она выступает два раза. Первый, понятно, с полонезом. А второй — это праздник! Они с Валеркой «отжигают» ансамблем на двух роялях. И это такой класс!

Они настоящая звёздная пара в музыкалке. Душа в душу с первого же занятия, с которого они буквально вывалились на улицу, хохоча во весь голос.

А как весело на этих уроках и на репетициях, сложно передать словами! Ерундят все. И Жанка с Валеркой, и учительница. Для Жанны эти уроки праздник, который она ждёт целую неделю... 
И какой же это контраст к обычным занятиям «по специальности». Ну почему так?...

Войдя в класс и глянув на лица своих учительниц, Жанна почувствовала, как у нее всё холодеет внутри... а гадюка не просто сжалась, но и зашипела. Что-то было в их каменных лицах такое... непонятное.

Ну, садись и играй, — процедила одна из них и небрежно скинула ногтем пылинку с отглаженной, безупречно «стерильной» юбки.

Ни здрасьте, ни как папа.

Блин, классное начало, подумала Жанна. И начала...

Буквально после первых же двух тактов ее остановил хлопок в ладоши. Сняв руки с рояля, Жанна с вопросом повернулась к учительницам. Воцарилось мучительное, напряженное молчание. У Жанны начало щипать в носу, но она мужественно держалась и ждала...

— Ну, всё понятно... Ничего ты вчера не делала, лентяйка. Блоха! Дура! Развалилась на диване и только и думала о том, кого пригласишь на концерт? А работать не надо? Провалишься сегодня — пеняй на себя!

У Жанны выступили слёзы. Она молчала, как отупевшая.

— Что ты молчишь????? Играй давай, может успеешь еще что-то исправить. Дрессированная блоха, обезьяна!!!!! Вон смотри, из-за тебя у Эллы Карловны сердечный приступ! Пойдёмте, Элла Карловна. Оставим здесь эту хамку бессовестную, пусть упражняется.

Хлоп дверью.

Тут все, невероятной силой воли сдерживаемые слёзы хлынули рекой. Словно плотина прорвалась. 
Жанна начала играть, сама не понимая, зачем. Слёзы капали на клавиши, пальцы скользили, ноты фальшивили, Шопен явно переворачивался в гробу. А Жанна всё играла и играла...

Дверь, внезапно, открылась... и показалась лохматая голова Валерки. Увидев картину ревущей под полонез Шопена партнерши, он ошалел. Его и так огромные — реально на пол лица! — глазёнки, в обрамлении пушистых ресниц и бровей, стали еще больше.

— Ты что?????

В ответ Жанна только и смогла, что всхлипнуть. И громко икнула.

— Понял. Жди тут, никуда не уходи. И сними ты руки с рояля, он и так мокрый.

Жанна еще раз всхлипнула, еще раз икнула, но улыбнулась.

Буквально через минуту в класс ворвались Валерка, учительница по ансамблю и бледная мама. Увидев дочь, она подбежала к ней, крепко обняла и прошептала:

Всё будет хорошо. Подожди, я скоро вернусь.

И выбежала. Жанна успела еще уловить мамин голос за дверью: ЧЕРТ БЫ ИХ ПОДРАЛ, ИДИОТКИ!

Валерка, усевшись рядом с Жанной, лукаво посмотрел на нее.

— Ну что, икать перестала?

И оба расхохотались. Правда, икать Жанна продолжала, теперь уже и от слёз, и от смеха.

Внезапно, она ощутила теплые ладони на плечах.

Солнышко, успокойся, только лицо не мой. А то глаза будут красные. Так, ребята, давайте сбацайте мне баркаролу! — низкий, грудной, всегда немножко ироничный голос учительницы по ансамблю окончательно дорисовал улыбку на Жаннином лице.

Ей, вдруг, стало так тепло, так надежно, так спокойно... Ох, если бы этот миг никогда не заканчивался! Так уютно прижиматься плечом к Валерке. Знать, что это друг. И знать, что они поддерживают друг друга, прямо как в деткой песне «Друг в беде не бросит...». 
И вот бы никогда-никогда не выходить на эту сцену! А прямо сейчас собраться, поехать к папе, лечь на койку рядом с ним и читать Крокодил, разгадывать с ним вместе кроссворды, ходить в больничный парк на прогулку...
Пап, я скоро.

Играя с Валеркой баркаролу, Жанна почти забыла про страх. А гадюка явно испугалась и улизнула. 
Сама Жанна плыла по океану, уносясь трелями и пассажами в далекие края. Она видела чаек, лодки, волны и рябь на воде. И бескрайнюю голубую даль... в которой хотелось раствориться.

Шум за дверьми дал понять, что начался антракт. Значит, скоро таки на сцену.

— Успокоилась? — спросил грудной голос «ансамблички».

Жанна кивнула.

Тогда пойдём в зал... И всё будет хорошо. У тебя по-другому не бывает, моя хорошая...

Жанна, Валерка и учительница вышли из класса и направились к залу. Подошли к лестнице... и, внезапно, Жанна увидела медленно поднимающихся по ступенькам маму и... опирающегося на ее плечо папу. Бледного, худющего, с трудом державшегося на ногах. Но в костюме, с галстуком.

Их глаза встретились. Папа улыбнулся:

Махматка, я тут... Я очень хочу послушать, как ты играешь.

Жанна кинулась к родителям, обняла обоих и опять заплакала. На этот раз от облегчения и... счастья. И подперев папу с другой стороны, она ткнулась носом в его худое, но такое надежное плечо.

Они медленно поднялись наверх и пошли в зал.

И Жанне больше не было ни страшно, ни горько! Она знала, что самые важные люди рядом. Папа и мама сидели в пятом ряду, в самой серединке. Выйдя на сцену, она пристально посмотрела на них. Оба улыбнулись и кивнули... А Жанна села за рояль.

Полонез Шопена, как же я его люблю! Это было последнее, что промелькнуло у нее в голове, пока она поднимала руки...

Фотографии того года. К сожалению, их осталось очень мало. 

А там, где я за роялем — это с того самого концерта.

(Это тот самый полонез в исполнении Владимира Ашкенази. Вот примерно так играла его я...)


 


Подписаться на RSS рассылку

Метки:

Дискуссия

Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Вячеслав Бондаренко
Беларусь

Вячеслав Бондаренко

Писатель, ведущий 2-го национального телеканала ОНТ

А ДЕВОЧКА-ТО БОЛЬНА. ГРЕТА ТУНБЕРГ КАК ЗЕРКАЛО ЭРЫ НЕКОМПЕТЕНТНОСТИ

Максим Важенин
Латвия

Максим Важенин

Редактор исторического портала «Латышские стрелки»

Светлячки

Андрей Солопенко
Латвия

Андрей Солопенко

Социолог

Русский язык из детсадов будут вытеснять с сентября: как защитить права детей

Виктор Авотиньш
Латвия

Виктор Авотиньш

Журналист, Neatkarīgā Rīta Avīze

Ребёнок как товар

На политическом рынке

Новая русская идентичность

А что такого? Со временем на карте вообще одна только страна останется. И это хорошо, так как не будет больше межгосударственных войн. Вы против? Вы за войны? На кой вам защита инт

После школьного образования русский язык в Латвии запретят в быту

Поправка: "чтобы русские совались" читать "чтобы русские НЕ совались".

Почему Путину не нравится либерализм

Экий вы косный.--------------------Какой есть..Но с этой публикой я был хорошо знаком, и своё мнение менять не намерен. А Гестапо кстати тоже неплохо расследованиями занималось. Н

Унижение поколения мужественных созидателей

Овощной отдел любого большого продуктового магазина ничем не лучше "овощебазы", на которую вы меня отправляете, только за радость сортировать огурцы, помидоры, картофель, лук, морк

Уважаемые одноклубники!

Это в вас ваш польский гонор говорит. Ну не дала Россия вам стать геополитического значения Державой! Успокойтесь уже и смиритесь - так нет. То Пилсудский воду мутит, то Качиньские

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.