Лирика

02.02.2014

Виктор Подлубный
Латвия

Виктор Подлубный

Пенсионер

В поисках улыбки Астриды

Не за горами новая весна...

В поисках улыбки Астриды
  • Участники дискуссии:

    8
    10
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

История эта приключилась много лет тому назад, снежною весной, в городе Риге, на пересечении улицы Кришьяна Валдемара с бульваром Кронвалда. А именно на том углу, где стоит Национальный театр.
 
 
 Нечаянная встреча в сугробе
 
Я обозначил пору того приключения как «снежная весна», потому что, хотя и было начало марта, но по городу, как и нынче, повсюду высились сугробы и продолжал валить снег. То есть и раньше зимы бывали и снежными, и затяжными, благодаря чему всякие истории и приключались.
 
 Будучи студентом, я спешил на свой факультет, который стоит наискосок от театра, через трамвайные пути. Мне оставалось пересечь рельсы — и я у цели. Но перед путями лежали снежные отвалы, в которых народом была пробита узкая обледенелая тропка. Ступаю на нее, балансирую, а в это время с другого конца на тропу ступает девушка, тоже куда-то спешащая, и тоже смотрящая себе под ноги. Она спешит, я спешу, посередине тропы мы и встретились.
 
Слева и справа были метровые сугробы, а потому нам можно было бы разминуться так: крепко обнять девушку и, потоптавшись на месте, развернуть ее и себя на 180 градусов. Больше скажу: я уже собирался так и сделать, ибо был молод, в отношениях с девушками был прямолинеен и возможностей, предоставляемых Его Величеством Случаем, не упускал... Я уж и руки для объятия протянул, но споткнулся о девичий взгляд. В нем четко прочитывалось: «Даже и не думай!» Такая вот серьезная девушка встретилась.
 
И я отступил. Но не позорно, а, как мне показалось, с достоинством: я стал пятиться назад, не отводя при этом глаз от сердитого личика. Пока отступал, рискуя упасть, на лице моей визави сердитое выражение постепенно менялось на удивленное, заинтересованное, а потом и вовсе даже участливое.
 

 
А когда я вышел за границы сугробов и галантно сделал шаг в сторону, на лице девушки вспыхнула улыбка — и она была такой искренней, такой нежной, лучистой, а за мохнатыми ресничками сверкнули такие солнечные зайчики, что я мгновенно влюбился и долго еще смотрел вслед убегающим от меня стройным ножкам, пока они не скрылись за дверьми служебного входа в театр.
 
Я весь день о той девушке думал! Но только один день. Потому как был, повторяю, молод, а хорошеньких девушек в те годы в Риге было еще больше, чем сейчас, к тому же была весна, в связи с чем я в том же марте познакомился с той, которая через год стала моей женой. Но теплая улыбка в снежном сугробе запомнилась, как запоминается все, что в молодости пронзает навылет.
 

 

«Соната над озером» в городе Жуковском
 
Прошло лет пятнадцать, наверное. Как-то раз приехал я по научным делам в подмосковный город Жуковский. И случилось так, что, дел всех не доделав, вынужден был остаться в городе на субботу-воскресенье.
 
В летние выходные дни улицы Жуковского опустели, приличный народ разъехался по дачам-огородам, в скверах изнывала лишь неприкаянная часть населения, неустанно лузгавшая семечки. Достопримечательностей в городе не было, но был летний зной и был большой, с прохладным фойе кинотеатр, в который я и направился, соблазнившись тем, что режиссером фильма был земляк — Гунар Цилинский, звезда первой величины всего нашего советского кинематографа. Он же в фильме и главную роль играл.
 
Сеанс был, как сейчас помню, в 17 часов. Сел я в пустом зале в компании трех старушек и стал смотреть историю про то, как врач из города приезжает в сельскую местность отдохнуть от накопившейся усталости, встречает там молодую красивую учительницу и влюбляется в нее. А она недоступна, потому как замужем и супружеский долг изо всех сил старается соблюсти... И лицо у нее при этом такое учительское, строгое...
 
И вдруг!.. Когда лишь на долю секунды, не более, это лицо впервые озарилось улыбкой, даже нет — только намеком на улыбку, я тут же узнал в героине мою повзрослевшую девушку из сугроба возле Национального театра!
 
Надо ли говорить, с каким неподдельным интересом я стал следить за развитием сюжета, как внимательно наблюдал за каждым движением актрисы, всматривался в ее глаза, в лицо, в походку, в движения рук, поправлявших разлетающиеся по ветру волосы...
 
После сеанса постоял, покурил. А затем купил билет на сеанс в 19 часов. Кассирша понимающе улыбнулась.  Когда фильм начался, прочел в титрах: в роли Лауры — Астрида Кайриша. Так я узнал, что любовь в снегах звали Астридой!
 
Мое зрительское волнение достигало апогея в тех сценах, где далеко не случайная в моей жизни актриса Кайриша дважды целовалась с актером и режиссером Цилинским. И, надо сказать, очень впечатляюще целовалась, особенно под проливным дождем, у колодца... Я и сейчас считаю, что это самый красивый, самый чувственный поцелуй за всю историю латышского кинематографа.
 

 
Забегая вперед скажу, что я потом спросил у Вариса Браслы, который был вторым режиссером на том фильме и по долгу службы внимательно следил за кинопроцессом, пока коллега Цилинский сам отыгрывал эпизод... так вот, я спосил у Вариса, а не злоупореблял ли в Гунар в той мизансцене своим служебным положением? Не пытался ли умышленно испортить мизансцену, чтобы сделать еще один дубль?..
 
На что Варис, смеясь, ответил: Гунар с Астридой были уже многолетними партнерами по театру, и они очень уважительно относились друг к другу. Но меня, внимательного и заинтересованного зрителя, ответ этот как-то не сильно убедил... :)
 
А еще большее волнение охватывало в той сцене, где врач нечаянно наблюдает, как обнаженная Лаура — вся в солнечных бликах — входит в теплые воды озера... Фильм был снят в 1976 году, и в те годы в советском кино еще не было принято, чтобы актрисы снимались совсем обнаженными. Голая массовка язычников в подпольном «Андрее Рублеве» Тарковского не в счет. Всем запомнилась Елена Коренева в «Романсе о влюбленных» у Кончаловского. Так то была всесоюзная сенсация! Хотя там была лишь вполне целомудренная по сегодняшним меркам съемка топлес. А тут Лаура хоть и в профиль была снята, но полностью нагая, во весь рост и во весь экран! И как же она была хороша! Правда, Варис сказал, что снимали таки не Астриду, а дублершу.
 

 
Ладно, если оно так, то сильно похожую дублершу нашли! В этом я убедился, когда смотрел «Сонату над озером» в третий раз, купив билет на сеанс в 21 час, чем безмерно заинтриговал кассиршу. Ну а что еще делать командированному вечером в пустом городе? А тут на экране любимая девушка! Вот только улыбалась она мало. Ну, да такая роль...
 
Так я стал, наверное, единственным в СССР кинозрителем, внимательно посмотревшим фильм Цилинского и Браслы три раза подряд в течение одного вечера. О чем Варису и поведал. Он смеялся.
 
Несколько отвлекаясь в сторону, замечу, что этот фильм надо было бы назвать «Соната над озерами», потому как в фильме сняты аж пять озер. Дом для съемок искали по всей Латвии, нашли таки нужный под Эдоле — имение Кажоки. Но тот дом стоял всего лишь у небольшого пруда. Поэтому красивые сцены с плывущими в лодке Астридой и Гунаром снимали на озерах Мордангас, Звиргзду и еще где-то.
 

 
Рассказали мне это сам Брасла, а так же историк кино Анита Узулниеце и еще Весма Анте — хозяйка имения Кажоки, которое благополучно стоит на своем месте до сих пор. Колодца вот только нет, впрочем его и не было — колодец в фильме был бутафорским. А еще Варис сказал, что, приступая к съемкам, Гунар никого кроме Астриды в роли Лауры не видел. Роль эта была абсолютно ее, и Астрида сыграла здорово! За что и получила Государственную премию.
 

Как я наверстывал упущенное
 
Потом я столь же внимательно и заинтересованно посмотрел игру Кайриши в фильме «Вей, ветерок!». Специально пошел на этот фильм, потому как он свое время тоже почему-то прошел мимо меня, хотя был снят на три года раньше, чем «Соната...». Игра Астриды мне опять очень понравилась, и я переполнился гордостью за мою красавицу.
 

 
Задумался, а чем же именно игра понравилась? Подумав, пришел к выводу, что она играла так, что сыгранный ею образ Зане отлился в моем личном сознании в классический образ молодой латышской женщины. Жаль, Астрида на экране опять улыбалась нечасто, и лишь на общем плане. Ну да здесь роль была и вовсе трагической.
 

 
Потом был фильм «Вечерний вариант» — уже по телевизору. Опять роль учительницы, и опять строгой недотроги. Смотрел уже на игру Астриды как на игру чуть ли не родного человека... И опять исполнение очень понравилось. Опять задумался, а чем? Сделал такое умозаключение: Астрида играет женщин, которых надо звать замуж, а если не соглашаются, то немедленно красть…
 
Потом наступила эра интернета. И выложенные там фильмы позволили без проблем наверстать упущенное. Естественно, я первым делом наверстал все упущенное с актрисой Кайришей. В итоге стал таким продвинутым в области ее кинотворчества, что могу на эту тему спецкурс прочесть.
 
Наверстав упущенное, сделал попутно еще и такой вывод: народная артистка Латвийской ССР и лауреат Госпремии Астрида Кайриша получила звание и премию абсолютно заслуженно, потому как сумела воплотить на экране такую неконкретную категорию, как женственность, да еще и с очаровательной латышской ментальностью.
 
Несколько лет тому назад я разыскал домашний телефон актрисы, вдохнул побольше воздуху и позвонил ей. Живет она, кстати, на улице Агенскална, где и я жил, откуда студентом бегал в институт... Голос, ответивший мне, был необычайно красив и нежен, отвечала актриса любезно, местами даже смеялась. Но дать интервью мягко отказалась. И еще раз отказалась. И еще. И все так же красиво и любезно.
 

 
Увы, встреча с героиней моего романа не состоялась. Не состоялось и предполагаемое мною изучение ее альбомов с фотографиями и отбором самых значимых, освещающих творческий путь... Не состоялось и тайно задуманное мною: найти фото двадцатилетней девушки Астриды, непременно улыбающейся, попросить его на время, сосканировать, увеличить и повесить у себя над рабочим столом... Ничего-то из этого не вышло.
 
И я опять отступил, как тогда, в сугробе... Но, отступая, подумал: «Ладно, тогда мы пойдем иным путем!» И стал неспешно разрабатывать операцию под красивым рабочим названием «Улыбка Астриды». Думал уложусь в месяц. Однако подготовка и сама операция заняли не один год.
 

В поисках улыбки Астриды
 
Пересказывать все перепетии не буду, это долго. Расскажу конспективно. Начал я с Национального театра, где встретился с Ингой Васильевой — она руководила связями театра с пишущими.
 

 
Честно рассказал, чего хочу. Инга с ходу поняла и направила меня к Рите Мелнаце, которая ведает театральным архивом и про свой театр знает все.
 

 
Пересмотрели мы с Ритой множество фотографий Народной артистки Кайриши — и не нашли ни одной улыбающейся!
 

 

 

 
Коль в театре поиск не увенчался успехом, направился я к кинематографистам. Некогда все рабочие фотоматериалы к латвийским фильмам хранились в музее на Рижской киностудии. Теперь нет ни латвийского кино, ни киностудии, и музей с фотоархивом переехал в Музей театра.
 

 
 
 
Созвонился. Мне сказали, что посмотреть-то можно, но «за просто так» фото копировать нельзя. Причина понятная: финансово небогатому архиву надо на что-то жить. Но, вникнув в суть затеянного мною, подсказали, что архив административно подчинен ректору Академии культуры, и он уполномочен давать разрешения...
 
Думая, что ректором в Академии все еще служит мой давний знакомый Петерис Лакис, смело звоню. А там уже не Петерис руководит, а Янис. Ректор Янис Силиньш выслушал, душевно проникся сверхзадачей операции «Улыбка Астриды» и дал добро на поиски и сканирование всего мною найденного.
 

 
Хранительнице фондов  из Музея театра (ее зовут Лайма) и самой стало интересно найти то, что требовалось. Она заинтересованно приносила папки и коробки, и мы искали, искали, пересматривая сотни снимков. Долгое, но невероятно интересное занятие!
 

 

 

 
Наши с Лаймой поиски увенчались-таки успехом!  Мы нашли два фото, где Астрида улыбалась, и улыбалась той самой лучистой улыбкой!
 
Это было хорошо. А нехорошо было то, что Астрида на обоих фото была лишь на общих планах. Тем не менее, спасибо Янис, спасибо Лайма!
 
Любое дело надо доводить до конца, и я позвонил в мой любимый город, стоящий у моря и под липами — в Лиепаю, где героиня моего романа, а тогда юная выпускница театральной студии, начинала свою творческую карьеру.
 

 
Руководитель Лиепайского театра Херберт Лаукштейнс выслушал просьбу и обещал поискать... Поскольку поиски как-то затянулись, позвонил еще раз. Оказалось, Херберт в отъезде, «в важной зарубежной командировке». Но меня замкнули на Занду Боргу, ответственную за связи с пишущими. Позвонил ей.
 
Приветливая Занда в это время сидела в купе поезда — ехала с театром на гастроли в Москву, где их должен был встречать загодя командированный туда Лаукштейнс. Хорошо, сказала Занда, и по возвращении обещала поискать smaidošu (улыбающуюся) Astrīdu...»
 

 
И действительно, через неделю ко мне на е-почту пришло от нее письмо, и с ним два фото со сценами из спектакля «Весенние заморозки» по Блауманису, поставленного в театре в 60-е годы прошлого уже века. Смотрю — вот она, моя девушка из сугроба! И именно с той самой улыбкой, и с теми глазками, в которых прячутся солнечные зайчики!
 

 

 
Спасибо, милая Занда! Спасибо всем, кто помогал найти искомое. Операция «Улыбка Астриды», в которой мне довелось познакомиться со многими хорошими людьми, успешно завершена. И теперь я конечно же увеличу найденное фото, вставлю в рамочку и повешу над рабочим столом.
 
Однако... Заканчивая рассказ, все же признаюсь: все эти поиски по большому счету были затеяны мною только для того, чтобы иметь повод сказать далеко не чужой для меня актрисе такие вот слова:
 
«В одном с Вами городе и даже на одной улице жил русский парень, который однажды пылко влюбился в Вас — стройную и красивую латышскую девушку. Потом, повзрослев, полюбил, как талантливую актрису. И вот уже долгие годы хранит эти две любви в своем сердце. Возможно, у Вас уже есть такое фото, на котором Вы двадцатилетняя, улыбающаяся, как тогда, в сугробе... А если нет, то это мой подарок Вам. С днем рождения, Астрида!»
 

 
И я эти слова таки сказал ей — два года тому назад, как раз на ее день рождения.  Астриде тогда исполнилось 70. С тех пор звоню ей каждый год  8 апреля и говорю в трубку приятные слова, а она тихо слушает.  Вот и еще один год прожили,  не за горами новая весна… Опять позвоню!

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Эдуард Говорушко
Соединенные Штаты Америки

Эдуард Говорушко

Журналист

ЛЮБОВЬ К ОТЕЧЕСКИМ ГРИБАМ

Этюды из моей американской жизни

Эдуард Говорушко
Соединенные Штаты Америки

Эдуард Говорушко

Журналист

ЗДРАВСТВУЙ, ЧЕСТЕР!

Этюды из моей американской жизни

Александр Филей
Латвия

Александр Филей

Латвийский русский филолог

БЕЛЫЙ, ЖЁЛТЫЙ, ЗЕЛЁНЫЙ

Александр Филей
Латвия

Александр Филей

Латвийский русский филолог

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАЙ

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.