БЕЛАРУСЬ

04.10.2021

Александр Шпаковский
Беларусь

Александр Шпаковский

Политолог, юрист

Убийство офицера КГБ

что произошло и какие решения нужны белорусскому обществу ?

Убийство офицера КГБ
  • Участники дискуссии:

    22
    100
  • Последняя реплика:

    18 дней назад

28 сентября в Минске произошла трагедия, вследствие которой погибли 2 человека. Один из них сотрудник КГБ, который был убит в ходе проведения спецоперации по отработке адресов проживания лиц, в отношении которых имелась информация о причастности к террористической деятельности. Второй погибший, подозреваемый Андрей Зельцер, который открыл стрельбу на поражение по группе задержания из охотничьего ружья и был ликвидирован встречным огнем.

Ситуация заставляет серьезно задуматься как о внутренних процессах в белорусском обществе, которое, как казалось, практически оправилось от увечий неудачной попытки цветной революции прошлого года, так и о некоторых других аспектах, связанных с вопросами безопасности жизни в нашей стране.

Что произошло?

Для начала необходимо разобраться, что же случилось и расставить акценты в отношении произошедших событий. Здесь нужно подчеркнуть: погибший офицер КГБ действовал абсолютно законно в рамках данных ему полномочий и был убит преступником во время исполнения служебного долга. В таких случая говорят: погиб, защищая Родину, что заслуживает соответствующих почестей со стороны государства и общества, а также законных гарантий семье, оставшейся без кормильца.

Что касается А. Зельцера, то данный гражданин сознательно поставил себя вне закона, открыв огонь первым, хотя был предупрежден о том, что за дверью его квартиры находятся сотрудники правоохранительных органов. На умышленный, а не спонтанный характер действий Зельцера, указывает тот факт, что преступник подготовился к совершению своих деяний и документировал их с помощью видеокамер двух мобильных телефонов, в чем ему соучаствовала супруга. То есть, Зельцер заранее знал, что будет стрелять первым и решил записать свои действия на видео, что исключает обстоятельства аффекта от проникновения в жилище "неизвестных", о чем пишут различные оппозиционные источники информации.

Оставим за кадром измышления, о чем думала в этот момент чета Зельцеров, у которых на иждивении находится малолетний ребенок, а также о мотивах действий злоумышленника и распределений преступных ролей между ним и его супругой. Представляется, что только следствие поможет восстановить полную картину происходящего, тем более, что жена Зельцера, к счастью, осталась жива и находится в распоряжении следственных органов. Вместе с тем нельзя оставить без внимания предположение о том, что погибший действовал не ради "хайпа", а потому, что твердо знал о своей причастности к бандитскому подполью и понимал меру тяжелой ответственности за совершенные преступления.

Также несколько слов стоит сказать в отношении многочисленных "специалистов по задержаниям", которые комментируют произошедшее в сети в контексте рассуждений, почему сотрудники КГБ были без экипировки, опознавательных знаков, средств защиты в виде щитов и шлемов, использовали милицейское прикрытие. Безусловно, если в данном случае были нарушены инструкции, то к ответственности будут привлечены должностные лица, отвечавшие за планирование и непосредственное руководство операцией. Вместе с тем обществу неизвестна и не может быть известна оперативная картина предварительной разработки Зельцера, что могло повлиять на причины задерживать его по месту жительства, максимально скрытно. При этом стоит отметить, что в истории правоохранительных органов Беларуси уже были эпизоды, когда пренебрежение нормами личной безопасности приводило к гибели сотрудников от внезапно открытого преступниками огня из огнестрельного оружия.

При этом нужно в определенном смысле "успокоить" любителей всевозможных запретительных мер, которые на волне произошедшей трагедии, а также по факту недавнего массового убийства в Перми, призывают ужесточить правила оборота огнестрельного оружия и чуть ли не изымать карабины у охотников. Да, действительно покойный Зельцер был охотником и хранил ружье дома на законных основаниях, что не стало гарантией от противоправного применения оружия. Однако удостоверения охотников в нашей стране имеют порядка 123 тысяч человек и абсолютное большинство из них – законопослушные граждане, что является обязательным требованием для получения разрешения на хранение оружия.

Кроме того, в нашей стране, несмотря на усилия спецслужб, существует нелегальный рынок оружия и боеприпасов. По официальным данным МВД, только за 8 месяцев текущего года в Беларуси изъяли свыше 500 единиц нелегального оружия и порядка 35 тысяч боеприпасов различного калибра. Таким образом, очевидно, что приобрести "ствол" для криминальных целей вполне возможно и ограничение в праве на хранение оружия для охоты десятков тысяч законопослушных граждан никакого особого влияния на ситуацию не окажет.

Политическая обстановка и политические решения

Поскольку у совершенного преступления политические мотивы, то и решения должны быть, в первую очередь, политическими, исходящими из объективного анализа обстановки. В этой связи представляется необходимым отметить, что т.н. "стабилизация" пока не означает общественного примирения. Действия правоохранительных органов по выявлению и привлечению к ответственности участников и зачинщиков прошлогодних массовых беспорядков привели к задержанию либо эмиграции за пределы Беларуси наиболее "буйных" (завершено расследование по 2 тыс. "протестным" делам в отношении 1,5 тыс. человек), в то время как менее радикальные сторонники протестного движения ушли в т.н. "внутреннюю эмиграцию", для которой характерно состояние политической апатии и пассивности, что, однако, вовсе не предполагает поддержку курса власти.

Вместе с тем такого рода люди, хоть и живут с "фигой в кармане", но в основном остаются в рамках правого поля, продолжают исправно выполнять свои социальные обязательства. При этом представляется, что включения данной категории граждан в конструктивную общественно-политическую жизнь страны пока не происходит. В работе диалоговых площадок, Конституционной комиссии присутствие "сторонников мирных перемен" малозаметно, хотя заметную работу в этом направлении ведет руководитель "Круглого стола демократических сил" Юрий Воскресенский.

Свою роль в сужении социальной базы белорусского протеста сыграла и деятельность лидеров эмигрантских центров оппозиции. После поражения в борьбе за улицу ставка была сделана на организацию забастовочного движения в коллективах крупных государственных предприятий и демонтаж экономики руками самих граждан. Однако идея выстрелить себе в ногу, как выяснилось, вообще не впечатлила подавляющее большинство белорусов, вне зависимости от их политических убеждений.

В итоге на руках у застрельщиков переворота остались лишь внешнее давление в виде экономических санкций Запада, которое также пока не приводит к желаемому эффекту, и подпольно-диверсионные методы борьбы, к которым все чаще призывают беглые оппозиционные политики. Перетекание протестного движения в радикальное подполье привел к крайней степени маргинализации политических активистов, которые свою малочисленность готовы компенсировать радикализацией действий. По сути "движение перемен" разделилось на пассивное большинство, пребывающее в состоянии политической депрессии, и агрессивное меньшинство, готовое к совершению тяжких преступлений ради достижения своих целей, вплоть до шпионажа и политических убийств.

Что в этой ситуации делать совершенно понятно: экстремистски настроенное меньшинство протестных активистов должно быть незамедлительно ликвидировано всеми доступными законными методами. Промедление в этом вопросе может привести к разгулу терроризма в Беларуси и подрыву основного достижения нашей страны за годы независимости – мирного характера белорусского общества.

Что касается пассивного большинства "несогласных", то властям страны не следует самоуспокаиваться, наблюдая за их политической апатией. Необходима вдумчивая исследовательская работа по выявлению причинно-следственных связей недовольства данной категории граждан, чтобы впоследствии принять правильные решения по их интеграции в общественно-политическую жизнь. Здесь не обойтись без использований инструментов социологии и политтехнологий, где пока, увы, белорусское государство несколько прихрамывает. Кроме того, на уровне риторики представителей власти важно воздерживаться от эмоциональных обобщений, языка гнева в отношении социальных стран предпринимателей, работников IT-сферы. “Горячее сердце, чистые руки и холодная голова" – этот чекистский девиз в данном случае будет не лишним.

 

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Александр Шпаковский
Беларусь

Александр Шпаковский

Политолог, юрист

Война воров в законе: что происходит в преступном мире Беларуси?

Андрей Лазуткин
Беларусь

Андрей Лазуткин

Политолог, писатель

«Сирийский сценарий». Мононация и моногосударство по лекалам ЦРУ

Гей-скандалы, ЦРУ, липовые гринкарты и зарплата в 6000 у.е.

Факты о белорусской службе «Радио Свобода»

Покушение на государство. «Неудобный Вашкевич»

Впервые — весь фильм на русском языке

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.