Евросоюз нерушимый

24.01.2013

Александр Гильман
Латвия

Александр Гильман

Механик рефрижераторных поездов

Страна дураков или автономия хитрецов?

К вопросу о введении евро

Страна дураков или автономия хитрецов?
  • Участники дискуссии:

    73
    759
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад
Юрий Алексеев, Roman Hrizman, Борис Кузьмин, Дарья Юрьевна, Борис Марцинкевич, Михаил Герчик, Andrey Veliks, Елпидифор Пескарёв, Лилия Орлова, Александр Гильман, George Bailey, Zilite ~~~, Сергей Снегирёв, Эрик Снарский, Юрий Ковалёв, доктор хаус, Mister Zzz, Elza Pavila, Геннадий Прoтaсевич, Aleks Kosh, Дмитрий Катемиров, Евгений Иванов, Юрий Чуркин, Striganov Mikhail, Lora Abarin, Владимир Бычковский, Константин Чекушин, Vadim Sushin, Ян Заболотный, Александр Кузьмин, Евгений Лурье, Александр Салымский, Борис Бахов, Сергей Т. Козлов, Вадим Фальков, Timber ***, Илья Кельман, Александр Литевский, Артём Губерман, N-тропик ., Марк Козыренко, Виктор Матюшенок, Марина Феттер, Agasfer Karpenko, Сергей Кузьмин, Ольга  Шапаровская, Владимир Соколов, Всем спасибо!  До новых встреч, Инна  Дукальская, Олег Давыдов, Валерий Суси, arvid miezis, Олег  Рыжий, Товарищ Петерс, Александр Артемьев, A B, Леонид Радченко, Галина Васильева, Светлана Штонда, некто-в-сером недорасстрелянный, atomic zen, Andrej N, nekas negro, Борис Ярнов, Gunārs Kraule, haim rozenberg, Alex Simin, Валерий Новак, V. Skiman, Александр Смирнов, piket lv

Предупреждаю сразу: этот текст – отнюдь не сто пятидесятая статья о достоинствах и недостатках введения евро в Латвии. Вопрос абсолютно ясен, и ответ на него прост.

А вот сложен и достаточно неожидан ответ на другой, куда более важный вопрос: почему мы устраиваем шумную свару там, где все просто даже для ребенка. И случается это очень часто.

Вот год назад все азартно ругались из-за референдума о русском языке. Спросили бы у маленького, но умного мальчика, какой в сказке Андерсена единственный сказал, что король голый. Мальчик этот, естественно, о Латвии ничего не слышал, поэтому задача ставится в общем виде.

Есть страна Х, в которой, однако, на языке Х говорит только часть населения. Остальные говорят на языке Y. Как лучше – чтобы государственным был только язык Х или еще и язык Y? Уверяю, мальчик долго думать не будет. Естественно, скажет он, для людей, говорящих на языке Х, лучше, если будет только их язык, а для говорящих на языке Y – если оба, раз уж совсем никто не просит, чтобы был только Y.

Разумно? А мы полгода спорили до хрипоты, и каждая сторона упрекала другую в государственной измене, попутно уверяя, что ее предложение очень выгодно для всего общества. Проголосовали – и кто бы мог подумать – все Х проголосовали за свой язык, все Y – за свой, а небольшие группы совсем уже нелепых отщепенцев уравновесили друг друга.

Метод маленького мальчика вполне применим и к вопросу евро. Для начала надо с порога отвергнуть мнения умников, рассуждающих об эмиссии, учетной ставке и тому подобных премудростях: там не только мальчик, там и взрослый ничего не поймет. В том числе и взрослый, старательно изучавший экономику: слишком узкая область. Но и специалисты в этой области, профессионально этим занимающиеся, тоже не спасут. Потому что если бы им можно было полностью довериться, не случались бы финансовые кризисы, не увольняли с треском директоров ценральных банков и министров финансов.

Здесь как с метеорологией: можно спросить бабушку, болят ли у нее суставы. А можно выучить кучу специалистов, за огромные деньги запустить спутник, обрабатывать информацию на мощнейших компьютерах – точнее будет, но никакой гарантии. Особенно, если речь о долгосрочном прогнозе. Слишком много факторов, все учесть невозможно. Но и наш мальчик знает, что отдых у моря лучше запланировать на июль, а катание на лыжах – на февраль.

Так вот, мальчик обратил внимание: когда папа едет за границу, то он идет в будку, стучится в окошко и меняет свои деньги на чужие – обычно евро. И мальчик догадывается: тете в будке зарплату, а хозяину будки прибыль обеспечивает папа. А на эти деньги вполне можно было бы конфет купить. А еще, добавим, есть невидимые тети, которым надо отстегивать, когда платишь карточкой, когда покупаешь импортный – то есть почти любой – товар, когда получаешь или переводишь деньги за границу...

Кстати, мальчик не застал, а мы помним: очень просто было в советское время: куда ни поедешь – всюду родные рубли. И как анекдот, мы рассказывали о совсем дремучих персонажах, которых иногда встречали в Урюпинске или Учкудуке. Они спрашивали у нас – вы из Риги? А какие там в Литве (перепутать было обязательно) деньги? Мы смеялись, не в силах предположить, что через десятилетия окажемся европейскими урюпинцами, сомневающимися в комфорте единой валюты.

Разумеется, простой мальчишеский довод об удобстве не слишком значителен. Особо не разбогатеешь. Примерно как повышение зарплаты на пятерку-десятку. Мелочь, приятно, но ничего особенного. Просто все доводы против евро вообще из пальца высосаны – а мы их охотно перечисляем.

Например, надо какие-то огромные миллионы платить в общий фонд еврозоны. Неужели, если от евро откажемся, нам эти деньги прямо на руки выдадут? Вроде не собираются ни налогов повышать, ни пенсии уменьшать – значит, то, что из бюджета испаряется сегодня куда-то, пойдет на дело. Ведь эти выплаты – страховка, их всяким евроразгильдяям дают, когда у тех кризисы случаются. А где кризис вероятнее – у нас или в какой-нибудь серьезной Австрии? Вот именно.

Или страх от роста дороговизны: дескать, при переводе цен все округлят в сторону повышения. Постойте, но в каждом процессе купли-продажи две стороны. Сколько теряет покупатель, столько выгадывает продавец. Почему же против евро и одни, и другие?

Потому что покупатель боится: килограмм свинины, который теперь два лата стоит, будет не 2,84, как положено, а 2,90, а то и все три евро. А хозяин лавки о другом печалится: продавщице платить придется не 200 латов, как сегодня, и не справедливых 284 евро, а безбожных 290, а то и все 300. Все горюют, все недовольны. Трудно жить в стране, где ни у кого не бывает стакан наполовину полон, а всегда только наполовину пуст.

И еще впечатление дежавю. Десять лет назад столь же острые споры были по куда более существенному поводу: вступать в Евросоюз или нет. Латгалия, помнится, против голосовала. А казалось бы, как все просто: на биржу труда отправим тунеядцев-таможенников с пограничниками, которые не только деньги ни за что получают, но и по нашим сумкам грязными руками шарятся. Глупые европейцы нам кучу денег непонятно за что отвалят. А наши вечные безработные получат возможность не просто поработать, но за впятеро большую зарплату, чем на родине.

И вот сегодня приезжает этот вчерашний латгальский безработный в отпуск по свеже заасфальтированной дороге на честно заработанной машине с английскими номерами, выпивает с соседом-строителем, который эти дороги на европейские деньги ремонтирует, и вместе они дружно ругают Европу...

Страна дураков, как справедливо назвал ее Вилис Криштопанс. А дураки, как резонно отметил другой умный человек, Булат Окуджава, обожают собираться в стаи. Но почему эта огромная стая дураков облюбовала именно нашу Латвию?
Если разобраться глубже, то эта максима нуждается в дополнении. На самом деле мыслим мы и говорим как дураки, а результаты этой деятельности почему-то у нас не как у умных, конечно, но на приемлемом уровне.

Классическая страна дураков – Зимбабве. Была богатейшая колония в Африке, жемчужина Британской империи. Туземцы захотели независимости, ограбили колонизаторов, почти все, что было, разрушили, почти ничего нового не построили. В результате получилась одна из самых нищих стран мира.

У нас все было почти так же: выставочная республика советской империи. Наши туземцы тоже захотели независимости, тоже ограбили нашего брата колонизатора – гражданство, образование, сертификаты, – тоже очень многое разрушили и почти ничего не построили. А закономерного провала нет: если посчитать подушевые доходы населения, количество автомобилей, обеспеченность жильем, потребление мяса, человековыезды на курорты –показатели куда выше, чем в 1990 году, и выше, чем у средней двухмиллионной группы компактно проживающих бывших советских граждан.

Чтобы разобраться в этом феномене, надо, как ни странно, продолжить изучать смешные аргументы противников евро.

Вот нам говорят: Великобритания, Дания и Швеция не переходят на евро – куда нам дергаться? Вообще любое укрупнение хозяйственного объекта – крестьян в колхоз или предприятий в концерн – глобально выгодно для всех участников: снижаются издержки, растет конкурентоспособность. Но при этом локально более богатым участникам объединения надо и потратиться, особенно вначале, чтобы подтянуть бедных. Латвия слабая, ей выгодно однозначно. Три перечисленные страны – сильные, они не захотели делиться. От этого весь Евросоюз в целом страдает, но руки выкрутить упрямцам пока не удалось.

Но есть еще один фактор, более важный, чем денежная выгода. Великобританию, Данию и Швецию объединяет еще одно: это – монархии. Понятно, зачем нужен король в Бельгии: страна из двух народов без него развалилась бы. И в Испании – объединяет нацию после четырех десятилетий диктатуры.

А в трех перечисленных странах монархия – просто очень дорогая игрушка. Она им нужна, как напоминание о тех временах, когда это были могущественные государства, определяющие судьбы мира. Ту же роль в какой-то мере играет и национальная валюта. Инстинкт государственности у британцев, шведов и датчан очень высок, Европа с этим вынуждена считаться.

Возьмем теперь восемь восточноевропейских стран, вступивших в Евросоюз в 2004 году: три прибалтийских, Польшу, Венгрию, Словению, Словакию и Чехию. Сегодня Словения, Словакия и Эстония перешли на евро, Латвия и Литва ждут очереди, Чехия, Польша и Венгрия не торопятся. Противники евро ставят нам их в пример.

А на самом деле, что объединяет три страны, перешедшие на евро, в одну группу, а три, не желающие переходить, – в другую? Сегодня на этот вопрос ответит не каждый, а сто лет назад все было просто. Пусть ни одно из этих восьми государств не было отмечено на карте, но любой читающий газеты европеец знал, кто такие чехи, венгры и поляки, при этом понятия не имея, кто такие словаки, словенцы и эстонцы. Разумеется, о латышах тоже не знал.

Чехия, Венгрия, Польша – страны с древней государственностью. Лишившись ее (Венгрия — частично), народы не смирились, постоянно мечтая о независимости. Эта мечта то и дело прорывалась в политическую борьбу, была головной болью империй. И сегодня это полноценные национальные государства, ведущие себя в Евросоюзе достаточно нахально.

А словаки со словенцами, как и прибалты, никогда независимости не имели и о ней не задумывались. Пока первые две нации были в Австро-Венгрии, они вели себя тихо. Потом попали в менее престижные федерации, где им нравилось меньше, но все равно — государственность на них свалилась, как нежданный подарок судьбы, равно как и на прибалтов. Вот они, лишенные сентиментальных воспоминаний, легко перешли на евро.

Вопрос введения евро, как и евроинтеграции в целом, в первую очередь не экономический, а психологический. Своя валюта – не столько возможность, сколько ответственность. Нести эту ответственность может только то государство, которое хочет государством быть, иначе это лишняя головная боль.

Самый смешной довод против евро – мы, дескать, не сможем вести собственную монетарную политику. А зачем? Зачем такая политика Циблской волости или Московскому форштадту? Вот богатейший штат США Калифорния с 55 миллионами населения, сотнями нобелевских лауреатов, Кремниевой долиной и Голливудом прекрасно обходится без монетарной политики и национальной валюты. Уж точно в сравнении с Калифорнией мы меньше, чем Циблская волость...

Вот мы и подошли к счастливому отличию Латвии от Зимбабве. Зимбабве захотела независимости и получила ее со всеми вытекающими последствиями. Мы же хотели независимости только на словах, в демагогии ничем не отличаясь от зимбабвийцев. Но практически народ на полудемократических выборах постоянно голосовал за элиту, которая категорически не хочет независимого государства. Она хочет более широкую автономию в составе более богатой империи, но при том же отсутствии ответственности, что и в советское время. И эта задача благополучно решается.

Так почему же народ не доволен, почему против евро и латыши, и инородцы? Надо рассматривать эти группы отдельно. Думаю, что латышей переубедят, как убедили вступить в Евросоюз. Просто лицемерная пропаганда независимости – примерно как мантры о строительстве коммунизма, когда уже давно никто его не собирался строить – как-то влияет на умы. Бабушка бережно хранила серебрянный пятилатовик – как это я от родной валюты откажусь.

Отсюда аргумент, над которым мы потешаемся: не хотите евро – придется перейти на рубли. При всей внешней анекдотичности этого утверждения, мы имеем дело с особенностями национальной коммуникации: заговорщики шифруются, одни напоминают другим – мы, дескать, перешли к новому хозяину, и барин требует ввести свои деньги. Надо слушаться, а то вернет нас старому помещику, бедному и злому.

Так кто же дурак в нашей стране? Начальство приходится вычеркивать: оно четко знает, чего хочет, хотя и не всегда готово об этом честно рассказать. Простой латышский электорат подурит-подурит, но после проработки на закрытом партсобрании приходит обычно к правильным выводам и голосует, как положено. Остаемся, увы, мы с вами, дорогие товарищи.

К сожалению, мы ведем себя как последние дураки не только в вопросе о евро. Регулярно приходится читать бессчетные прожекты, расписывающие, как было бы все прекрасно, если прогнать нерадивых руководителей, а новые хорошие сделают то-то и то-то. Все эти прожекты исходят из предположения, что Латвия есть государство, и оно способно принимать решение.

И вот именно такой подход и есть несусветная глупость. Потому что если народ не хочет государственности, то заставить его обрести ее невозможно.

Почему мы не хотим этого принять и понять, мне тоже ясно. Все идет от того, что многие из нас сделали в начале 90-х – проголосовали за независимость Латвии. Это, как говорил великий человек, было хуже, чем преступление – это была ошибка. Ясно, что так поступать было аморально – порядочные люди от Родины не отказываются. Ясно, что поступать так было опрометчиво: латыши, почувствовав нашу слабость, радостно лишили нас гражданства, вывели за скобки русский язык и совершили прочие азартные злые поступки того безвременья.

И сегодня, многое уже поняв, мы продолжаем пересчитывать полученные за тогдашнюю измену тридцать сребренников – а это фальшивые монетки государства, которого нет. А есть автономная область, которой нужны только самые ограниченные полномочия – в первую очередь, делить бюджет среди своих. И поэтому продолжаем ошибаться, не понимая деятельности властей и дурея от бессмысленной ненависти к ним.

Пока в андерсеновской сказке все придворные хвалили новое платье голого короля, куда ни шло оставаться в общей группе. Но когда мальчик сказал свои замечательные слова и толпа загудела, продолжать обсуждать фасон и давать советы по его усовершенствованию стало совершенно нелепо. Пора умнеть, народ.
 

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Евгения Зайцева
Латвия

Евгения Зайцева

Экономист, эксперт-аналитик

Сознательный обман или самообман

По поводу введения евро

Лато Лапса
Латвия

Лато Лапса

Независимый журналист

Несколько наивных вопросов о евро

Римшевичам, вилксам, домбровскисам и прочим репшам

Евгения Зайцева
Латвия

Евгения Зайцева

Экономист, эксперт-аналитик

Странности баланса Банка Латвии

В новогоднюю ночь из него пропали почти 90 миллионов евро

Евгения Зайцева
Латвия

Евгения Зайцева

Экономист, эксперт-аналитик

Игра в еврофантики

На кону — десятки миллионов

Каким Dzintars был: легендарный бренд Латвии объявили банкротом

Сейчас брендами стали называть и сами предприятия. Это некультурно, конечно, но факт.

Русское отношение к роспуску Сейма Латвии: разумный эгоизм

Действительно, неудобно получилось, будто стояла под дверью и подслушивала, что обо мне в моё отсутствие люди добрые говорят). Я частенько на какое-то время выпадаю в реал, особен

«Красной армии пришлось вжиматься в землю»

Печальная история...Дополню чуток.30 лет назад мы ловили рыбу донным тралом в Моонзунде. Обычно "донники" там не любят ловить из-за плохого дна, - тралы часто рвутся. Первое трален

Русский проект для Азии

"РБ не может существовать как самостоятельный экономический субъект, это в общем то всем понятно."(с) Глупость, конечно может, даже бабка на базаре с семками - может. Нет никакой "

Один день из будущего…

Да уж."Прекрасное далеко" нашей просьбы не услышало,и многих шестко мордой об асфальт.Но мы не в обиде.Крепче будем!

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.