Репортаж

11.12.2017

Владимир Веретенников
Латвия

Владимир Веретенников

Журналист

Латгалия, SOS!

Как вымирает самый русскоязычный регион Латвии

Латгалия, SOS!
  • Участники дискуссии:

    23
    95
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

 


Область Латгалия на востоке Латвии — один из немногих регионов ЕС, напрямую граничащих с Россией. Население здесь смешанное: автохтонный этнос латгальцев, русские, латыши, белорусы, поляки, литовцы и евреи. Долгие годы за пределами Латгалии о ней почти не вспоминали. Однако в начале 2016 года об этом клочке земли заговорил весь мир — после выхода псевдодокументального фильма
Би-би-си
. Согласно сюжету, вооруженный конфликт между Россией и НАТО может начаться из-за этой бедной и малонаселенной территории.

 




Такое кино
 



Жители края фильм оценили критически, посетовав, что авторы вообще не знакомы с реалиями. Никто здесь восстаний не замышлял, о сепаратистах даже не слышали, возмущались латгальцы. Правильно, по их мнению, в картине отобразили лишь одно: в регионе действительно проживает много русскоязычных.

После выхода фильма занимавший тогда пост мэра Даугавпилса (регионального центра) Янис Лачплесис выступил с заявлением.
 


«Каждый раз, когда в Даугавпилс приезжают латвийские или иностранные политики и журналисты и начинают искать «зеленых человечков», сепаратистов, экстремистов, агентов и тому подобное, местное руководство дает один и тот же ответ — реальная угроза в том, что из-за нехватки детей приходится закрывать школы, уровень безработицы выше, а зарплаты и пенсии ниже, чем в других регионах Латвии», — откровенно описал обстановку мэр.
 

        


«Нужны политические решения и серьезные экономические проекты, чтобы сделать выгодными инвестиции в регион. А «ужастики», кто бы их ни придумывал, нас не пугают. В Латгалии живут люди, которые не в кино, а в реальности пережили войны, революции, депортации и геноцид. Поэтому они очень ценят мир и согласие», — подчеркнул Лачплесис.
 



Сказка не получилась

С тех пор прошло почти два года. Третья мировая не началась, как и восстание неких латгальских «сепаратистов». Но и жизнь лучше не стала: предприятия закрываются, люди уезжают. Особенно унылая картина вырисовывается в сельской местности.





Поселок Рандене в Калкунской волости под Даугавпилсом. Место в Латвии известное: здесь прошли отроческие годы великого латышского поэта Яниса Райниса. В советское время этот населенный пункт был центром процветающего колхоза «Ударник».

Потом пришла эпоха «первоначального накопления»: на заре 1990-х многие сельчане начали активно скупать участки бывшей колхозной земли, сколачивать собственные хозяйства. Большинство, однако, горько разочаровались: мечты об обильных урожаях, которые скупали бы иностранцы, так и остались иллюзиями. А некоторые жители волости потеряли доступ даже к минимальным благам.
 


«В свое время мой муж Тимофей бросил работу в даугавпилсском автобусном парке. Тогда, в начале 1990-х, людей призывали ехать на село, восстанавливать довоенную хуторскую систему, дабы возродить славу латвийского крестьянина — зажиточного и рачительного хозяина. Благо, от отца нам остались дом и участок. Мы и поехали. Увы, довольно скоро выяснилось: даже владение большими участками земли не гарантирует, что ты станешь преуспевающим фермером», — рассказывает Галина Макарова, которая живет в окрестностях Рандене.
 


По ее словам, пришлось распродать почти весь скот, в то время как земля оставалась необработанной — нерентабельно. На старую работу в городе мужа брать отказались, сославшись на потерю квалификации. Семье несостоявшегося фермера пришлось тяжело.

Помощь пришла из-за границы. Дочь Олеся с мужем уехали в Испанию, устроились на работу, исправно отправляя часть денег оставшимся дома родственникам. Благодаря этой помощи Тимофей и Галина сумели немного наладить быт: подремонтировали дом, заново подключили электричество и телевидение. Недавно Тимофей умер — в деревенской глуши у него не было своевременного доступа к медицинским услугам. Когда диагностировали опухоль мозга, было уже слишком поздно. В покосившемся доме Галина осталась одна.





Неподалеку от ее дома стоит большая усадьба, здесь живет семидесятилетняя пенсионерка Аусма Берзиня. Ее муж Дмитрий умер три года назад. В начале 1990-х они тоже оказались среди тех, кто активно участвовал в переделе колхозной земли. Дмитрий, Аусма и двое их сыновей с семьями тогда с головой окунулись в «бизнес»: сеяли злаки, разводили скотину и птицу. Аусма мечтала о толпах городских батраков, готовых пахать «за тарелку с похлебкой». Не случилось.

Новоявленные фермеры столкнулись с тем, что без государственной поддержки успешно вести дела невозможно. Однако государство в 1990-х выбрало дешевые и необременительные поставки из-за рубежа, закупая у местных крестьян только зерно — по таким ценам, что вскоре на тех, кто продолжал сеять в больших объемах, стали смотреть как на дураков.

Постепенно хозяйство семьи Берзиня пришло в упадок. Сейчас дети разъехались по разным странам, а Аусма выживает благодаря пенсии.


На чемоданах

Такие примеры — через одного. Латгальцы едва сводят концы с концами, область пустеет. Если в 1990-м здесь проживало 422 тысячи человек, то сегодня — около 280 тысяч. Запустение коснулось и Даугавпилса, который до развала СССР был крупным, по местным меркам, промышленным центром с 130 тысячами жителей. Сейчас, по официальным данным, население города — 85 тысяч (по неофициальным, еще меньше).
 


«Большая часть городской промышленности приказала долго жить в 90-е, «заключительным аккордом» стала гибель в 2000 году гигантского завода химического волокна. Однако пятнадцать лет назад в Даугавпилсе еще было многолюдно, кипела жизнь. Все изменилось в 2004-м, когда Латвию приняли в ЕС и открылись «шлюзы». Границ не стало, самые молодые и энергичные латгальцы массово поехали в Западную Европу. Тенденция сохраняется по сей день. Сегодня в Даугавпилсе основная масса населения — пенсионеры и молодежь, которая еще не успела окончить учебу», — говорит бывший журналист Григорий Фаршин, переквалифицировавшийся в соцработники.
 

  

 


«Из без малого двадцати моих одноклассников, с которыми мы отмечали школьный выпускной в 1996-м, в Даугавпилсе сегодня живет человек пять. Из одногруппников по университету в городе осталось и того меньше. Весточки по соцсетям от бывших сокурсников я получаю сейчас из Великобритании, Ирландии, Франции, Швеции. Изредка кто-то из них приезжает на родину — на неделю-другую. Обойдут родственников, хлопнут по рюмке с оставшимися здесь знакомыми и уезжают обратно», — подхватывает педагог Юрий Афанасьев.
 



«Всё у нас хо-ро-шо!»


Из-за массового отъезда населения за границу региону остро не хватает целого ряда специалистов, в частности, врачей. На многие медицинские процедуры латгальцам приходится ездить в Ригу.
 


«Знаете, молодые врачи из числа перспективных у нас надолго не задерживаются. Все потому, что здесь каждому приходится вкалывать за троих-четверых, работаем на износ… Для человека нормально стремиться туда, где проще и удобнее. А даугавпилсские медики не обязательно хотят перебраться за границу — в Риге и некоторых других городах Латвии условия предлагают гораздо лучше, чем здесь. Да и повышенные нагрузки на тех специалистов, которые еще работают, приводят к тому, что они не всегда выполняют свою работу настолько качественно, как могли бы, если бы полноценно отдыхали. Организм не железный», — жалуется заведующая радиологическим отделением Даугавпилсской региональной больницы Гертруда Рутковска.
 


Сотрудники больницы не скрывают, что в недалеком будущем учреждение может перейти на оказание только платных услуг. Самые большие очереди здесь образовались на ангиографию (исследование сердца), сонографию, МРТ, реабилитацию к физиотерапевтам. Запись иногда приходится ждать по четыре месяца.




 
Интересна психология тех, кто еще живет в Латгалии. Одни пристрастились к алкоголю, потому что не смогли вписаться в новые реалии. Другие не скрывают, что ждут первой возможности уехать туда, где есть перспективы и выше зарплаты. Третьи, напротив, раздражаются, когда тот же Даугавпилс выставляют «вымирающей деревней», а их самих — «лузерами», которые не смогли уехать за рубеж.

Они всячески стараются доказать, в первую очередь самим себе, что все не так уж плохо. Так, советница мэра Даугавпилса по связям с общественностью Ольга Петкевич подписала в соцсети фото с парковки у супермаркета, забитой машинами:
 


«Всем, постящим виды пустынной улицы Ригас в воскресенье вечером, посвящается. Нате вам. Десять утра рабочего дня, стоянка возле магазина. Яблоку негде упасть. Даугавпилс строится, а не по променадам прогуливается! Так что не дождетесь! Все у нас хо-ро-шо!»
 



Перспективы

Есть люди, которые, несмотря ни на что, хотят жить и работать именно в Латгалии. Преподаватель Ирена Михайлова трудится в Центре инновативной микроскопии Института биологии и технологий Даугавпилсского университета. Она любит свою работу и увлеченно рассказывает про современные высокие технологии. Уезжать Ирена пока не собирается, но все же не исключает такого варианта в будущем, «если там предложат идеальные условия труда».
 


«Многие мои бывшие однокурсники разъехались по разным странам и нашли там работу по специальности. Увы, за границей ученые получают значительно больше, чем здесь. Но лично мне хотелось бы остаться в Латвии. Даже если придется покинуть ее на какое-то время, я обязательно постараюсь вернуться. Тут мой дом, друзья и родственники. В Даугавпилсе знаком практически каждый камень, все вокруг дышит дорогими сердцу воспоминаниями», — признается Михайлова.
 




 
Власти страны периодически генерируют планы по возрождению области. Один из них был принят правительством в 2012 году: в регион вложили 98,8 миллиона евро (в частности, привлечены 47,48 миллиона на улучшение бизнес-среды, 9,07 миллиона выделено на ремонт дорог), открыли Латгальский центр предпринимательской деятельности и сняли два рекламных фильма.

Позже Кабмин утвердил план развития Латгалии на 2015-2017 годы. На восстановление запущенных территорий привлекли 52,18 миллиона евро — деньги выделил Европейский фонд регионального развития. Построили ряд культурных объектов, создали Латгальсскую свободную экономическую зону с облегченным налогообложением. Кроме того, планировалось обеспечить 818 рабочих мест — сколько получилось в реальности, власти отчитаются только в следующем году.

В целом предпринятыми мерами по спасению региона латвийское правительство довольно. Но сами латгальцы по-прежнему жалуются на экономическую депрессию и безнадегу.
 

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Роман Самарин
Латвия

Роман Самарин

Главный редактор газеты «Динабург Вести»

Как живут Большие Дураки

«Умники» из Риги их не спрашивают

Юрий Алексеев
Латвия

Юрий Алексеев

Председатель.LV

КАК ЖИВЁТ ЛАТВИЙСКИЙ ФЕРМЕР — 2

Сергей Васильев

Юрий Алексеев
Латвия

Юрий Алексеев

Председатель.LV

КАК ЖИВЁТ ЛАТВИЙСКИЙ ФЕРМЕР — 1

Сергей Васильев

Андрей Красный
Латвия

Андрей Красный

По Эргльской железной дороге

Разобранной в капиталистической Латвии

Отъюбилеим то, что хотим, а что не хотим — того и не было

Вы правы фраза не корректна, несмотря на то, что предыдущие малоэффективные участки высадки войск союзников были малочисленны и не решали главной для СССР проблемы - отвлечен

ВСТРЕЧИ В РОССИЙСКОМ ПОСОЛЬСТВЕ

А зачем вообще эту тему обсуждать? Тем более что по правилам ИМХО-клуба действия Модератора не подлежат обсуждению. Так что и Вы тоже в данном случае нарушаете эти правила ;)

Агент Золя. Латышский стрелок на службе советской разведки в Париже

Не хочу плохо говорить об авторе, но почти все, что он написал, можно прочесть в Википедии (впрочем, автор мог и Википедию написать, это не наезд, а подтверждение мысли Пушкина, чт

КАК РАСКАТЫВАЛИ ЧЕХОВА БУТУСОВЫМ КАТКОМ

Нормальные люди вообще такими вещами не заморачиваются :)

Латвия пустеет

оттуда - наречие, слитно.

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.