ИСТОРИИ РИЖАН

05.09.2021

Сергей Васильев
Латвия

Сергей Васильев

Бизнесмен, кризисный управляющий

Если Вам совсем нечего почитать в воскресенье…

Если Вам совсем нечего почитать в воскресенье…
  • Участники дискуссии:

    11
    25
  • Последняя реплика:

    17 дней назад

Русского человека невозможно обмануть, он верит во всё. Потом, правда, огорчается, иногда — матерно...


2019. Лето. Аэродром Хмеймим

Русского человека невозможно обмануть, он верит во всё. Потом, правда, огорчается, иногда — матерно. Это в полной мере подтверждал стоящий рядом с АН-26М седой, как лунь, но крепкий и рослый майор с “пьяной змеёй” на погонах, витиевато и громогласно сообщая телефонному собеседнику, как называются люди, принимающие слишком вежливый отказ за робкое согласие. Майору пообещали, что сегодня он наконец-то улетит в Москву, но позже, как всегда в армии, нашлось более важное дело. О том, что назначен ответственным за него, майор узнал вообще от третьих лиц и расстроился...

— ...Знаете, что... Каждый труп на вершине Эвереста был когда-то целеустремленным, высокомотивированным специалистом, стремящимся "проявить себя", "достичь большего", "повысить планку" и "перевыполнить на 150%". Короче, пусть ваш начальник идет в задницу со своими призывами срочной внеплановой работы “по старой памяти”. Всё, у меня дембель! Отбой!

Крохотная Нокиа 105, сделав несколько кувырков в воздухе, спланировала в руки второго пилота, скользнула по пальцам и складкам комбинезона, шлепнулась неловко на пандус и почти сразу обиженно заверещала, жалуясь хозяину на такое грубое обращение. Летчик подхватил многострадальное средство связи, прижал к уху и снова поднял глаза на сердитого медика.

— Товарищ майор, вас полковник Ежов! Срочно.

Офицер поморщился, как от зубной боли, но артачиться не стал, взял возвращенный мобильник и уже другим, домашним тоном устало произнес:

— Да, Алексей… Да я уже 53 года Григорий… Я-то как раз всех понимаю, а кто меня поймёт? Семьдесят шестой через полчаса улетает. Три часа и я в Москве. А мы на этой тарахтелке четыре часа только до Гюмри будем чапать, и потом мне сидеть там у моря, ждать погоды… Ты же знаешь… Да понимаю я, что все врачи на выезде. Да, командир, конечно, сделаю. Знаешь, что тебе я отказать не могу. Что значит “в последний раз”? Ты выражения-то выбирай... Хорошо, приступаю немедленно…

Нажав на отбой, майор мрачно посмотрел на замерший экипаж санавиации, ещё раз вздохнул и сварливо добавил:

— Ну что стоим, кого ждём? Особые приглашения выдают в особом отделе. А у военно-полевой медицины всё должно быть на уровне интуиции. Раненых и больных разместить на борту, подготовить к транспортировке, жалобы-пожелания аккуратно выслушать и законспектировать, в работоспособности реанимационной аппаратуры убедиться и должить. На всё тридцать минут, время пошло.

— Лежачих сразу по койкам? — пискнул покоренный командирской экспрессией фельдшер.

— А чего ждать? Каких-нибудь предварительных ухаживаний? Ресторан, цветы, шампанское?... Запомни, сынок! В армии лучше что-то сделать один раз вовремя, чем два раза правильно. Поэтому давай — одна нога здесь, а вторая… тоже здесь... Ну что еще?

— Простите, товарищ майор, а вы и есть тот самый Распутин?

Офицер запнулся, закатил глаза, но затем вдруг тряхнул головой и первый раз за все время улыбнулся.

— Нет, сержант, тот самый умер больше ста лет назад. Погиб смертью храбрых на боевом посту. Я лишь бледная его копия. Но леща могу выписать настоящего, старорежимного, сермяжно-посконного, если попробуешь заменить ударный воинский труд на светские беседы с вышестоящим по званию.

Выдав ценные указания, майор будто сдулся, снова помрачнел, не спеша добрел до обожженной горячим южным солнцем травы и медленно опустился на теплую землю, ворча про себя.

— Глупо ожидать, что кто-нибудь придёт и за тебя всё сделает. Пока не поймаешь, не заставишь, никто и пальцем не пошевельнёт…

На душе майора откровенно скребли кошки. Он ждал пенсии, будто манны небесной, как и многие, отслужившие положенный срок. А когда она пришла вместе с очередным званием и правительственной наградой, впервые почувствовал себя разведенным супругом при выходе из ЗАГСа — радость свободы с очевидным похоронным привкусом.

“Что такое противоречивые чувства? — вертелся в голове бородатый анекдот во время дежурных поздравлений. — Это когда твоя тёща падает в бездну в твоей новой машине…”

И всё-таки какая улыбка фортуны! Как началась служба за границей, там же и заканчивается. А вот где родился, в стольном граде Москве, там и не пригодился. Будто заговоренная, судьба-злодейка тащила его бренную тушку подальше от родных пенатов. А всему виной она, служба государева. Началась в далеком Афгане, заканчивается в еще более далекой Сирии. Между двумя событиями — 35 лет, а пролетели, будто пять секунд. И даже последний приказ — сопроводить и сдать коллегам на Большой земле госпитальную группу — похож на первый. Тогда тоже требовалось «сопроводить». Как будто вчера...

 
1985. Афганистан.

С первым командиром полка Григорию, да и всему личному составу, откровенно повезло. Классический «отец солдатам». Суров, но справедлив. Приказы осмысленные. Прежде, чем наказать, разбирается и даже объясняет, за что дает по шее. Но даже не это главное. Полкан Потапыч, как за глаза называл его постоянный и переменный личный состав, с первого дня в Афгане приказал отвечать огнем без согласования и соплей на любой выстрел со стороны душманов, огрызаться по-взрослому из всего, что стреляет.

Благо, боеприпасы позволяли. «Духи», несмотря на все легенды, были в основном вменяемыми людьми из мяса и костей, без склонности к суициду. Они очень быстро сообразили, что с «этими отмороженными» лучше не закусываться и, узнав по номерам на броне полк «Бешеного», без стрельбы ретировались. Брали свое, нападая на части с командирами-перестраховщиками.

За бережное отношение к жизням подчиненных командира тихо обожали и прощали ему все тяготы и лишения воинской службы, им же организуемые. Одним из навязчивых состояний Потапыча была его повышенная тревожность и вытекающая из этого болезненная требовательность к боеготовности.

Учебные тревоги и разнообразные вводные размножались в его штабе почкованием. Кроме того, полковник был уверен: у советского солдата, помимо основной специальности, должно быть еще несколько внештатных, на взаимозаменяемость. Любой старослужащий, если он только не дебил, в случае необходимости должен уметь принять на себя командование отделением или даже взводом, применить любой вид стрелкового оружия, оказать раненому первую медицинскую помощь, сесть за руль “газона”, “зилка” или штурвал БМП. Осваивали дополнительные специальности в свободное от основной службы время.

Стон по этому поводу стоял великий. Недомогания и хроническую усталость командир лечил на внеплановых учениях, безжалостно высаживая из машин опытных и знающих, объявляя молодым, что они единственные, кто остался в живых, и есть всего четверть часа вернуть технику в парк. В противном случае они тоже погибнут и попадут в ад, где будут чистить попеременно картошку и сортир до следующих учений.

Позже, побегав под пулями, Распутин понял, что паранойя на войне — не заболевание, а дар божий. Первыми погибают те, кто устал бояться. Круглосуточное ожидание от врагов какой-нибудь пакости — главное отличие хорошего солдата от мертвого. Потерянное ощущение опасности — первый шаг на тот свет.

Но это придет позже. А по-первости Гриша страстно хотел, чтобы его просто оставили в покое, что никак не входило в планы отца-командира, желающего видеть вокруг себя универсальных солдат с фарой на голове (*). Санинструктор — не исключение!

Строго в рамках этой парадигмы, уже через месяц службы рядового Распутина выдернули из санчасти, где он успел освоиться и свить гнездо, обмундировали во все чистое и откомандировали в распоряжение разведчиков сопровождать группу на выходе, набираться ума-разума и, не дай Бог, конечно, работать по основной специальности.

Командир разведвзвода лейтенант Алексей Ежов, вылитый артист Владимир Гуляев в годы фронтовой юности, несмотря на свои двадцать шесть, был человеком легендарным, одним из тех, кто требовал “Делай, как я!”, а не “Делай, как я сказал!” Своих в обиду не давал, вышестоящему начальству не сдавал, в пояс не кланялся, захребетников не уважал. Особист и замполит считали его фамилию матерным ругательством и с удовольствием прокатили мимо очередного звания. Ёж, казалось, на эти мелочи внимания не обращал, только шуточки его становились всё злее и опаснее, в первую очередь для него самого.

“Любым мнением можно пренебречь. А мнением некоторых пренебрегаешь с особым удовольствием”, — зло сузив глаза, заявил Лёха Потапычу в ответ на отеческую просьбу не раздражать штабистов, получил от Полкана родительский подзатыльник и тяжкий вздох командира, внутренне согласного с разведчиком, но вынужденного заниматься политесом и как-то реагировать на истерики бумажных вояк. У тех, кто занимался реальным делом, мнение было другое.

— Идешь строго за Ежовым,- напутствовал Распутина на первый выход начальник санчасти. — Это крутой мужик. От него — ни на шаг, и цел останешься. Все! Удачи... И смотри там….

Именно спина Лёхи станет для Гриши Распутина путеводной звездой на всю долгую армейскую жизнь. Григорий покорил разведчика своим театральным умением на глазах изумленной публики при минимуме реквизита перевоплощаться из пьяного стиляги в трезвую бабу Ягу и обратно, а также угрюмой настойчивостью при освоении незнакомых видов оружия. А вот профессиональные навыки продемонстрировать Григорию, слава Богу, долго не удавалось.

Первую медицинскую помощь он оказал не человеку, а полковой жучке, любимице всего личного состава, и с лёгкой руки Лёхи к нему намертво приклеилась кличка «Айболит». Ёж подтрунивал над «лекарем» беззлобно, но непрерывно, хотя и учил основательно всему, что знал сам, а именно — ста сорока способам перемещения противника в мир иной, без вхождения с ним в непосредственное соприкосновение.

“Запомни, Айболит, — терпеливо втолковывал ему разведчик,— чтобы вступить в рукопашный бой, боец должен профукать автомат, пистолет, нож, поясной ремень, лопатку, бронежилет, каску. Найти ровную площадку на которой не валяется ни одного камня или палки. Найти на ней такого же разгильдяя и уже тогда, вступить с ним в схватку!.. Во всех остальных случаях всегда есть подручные средства для дистанционного воздействия на супостата".

Можно было подумать, что Ежов был вообще принципиальный противник рукопашки, если бы эта сентенция не звучала после двухчасовой дрессировки противодействия вооруженному противнику без оружия. Мастерство Ёжика в этом искусстве завораживало, и Распутин тянулся к Лёхе со всей религиозной восторженностью падавана перед сэнсэем. Опять же, командировки с разведчиками в горы казались Григорию более интересными и нужными, чем лечение поноса и чирьев личного состава полка и окрестного населения, давно и уверенно протоптавшего дорогу к военным медикам.

Последнего гражданского пациента Распутин спас от верной смерти перед самым дембелем. Пятилетняя дочка местного узбекского мафиози стащила у батяни старинную монету, спрятала во рту и подавилась. Айболит прибежал с плачущим отцом, когда пациентка уже вся посинела и отходила. Спасительный приём Хеймлиха и энергичная реанимация закончились удачно, и на Грише с радостными причитаниями повисли все многочисленные родственники, а отец проказницы, выждав момент, подошел к санинструктору и молча сунул Распутину номер московского телефона с предложением обращаться в любое время дня и ночи… Григорий от нечего делать, как-то легко и быстро выучил этот номер наизусть, даже не подозревая, какую грандиозную роль сыграет он в его будущей судьбе...


2019. Хмеймим.

Майор прикрыл глаза и шумно втянул носом горячий воздух, прислушиваясь к предполетной суете. Надо бы проверить лично, как там дела у обитателей лазарета… Сидячие — сидят. Лежачие — лежат. Всё штатно. Только что это за дикий взгляд счастливого обладателя тельняшки?

— Эй, морячок, ты что, боишься летать? Это же не страшнее, чем плавать?

— Как же не страшнее? Плавать я умею, а летать еще никогда не получалось, — и дико вращает глазами.

--  Это ты не прав, не все корабли причаливают к берегу, но зато все самолеты всегда возвращаются на землю…

“Так, этому — феназепам, пока не наделал беды…" Этот отсутствующий взгляд и вылезающие из орбит глаза были хорошо знакомы Распутину ещё по Афганистану...
 

1987. Афганистан.

Первое знакомство с Бамбуком, лейтенантом Бамбуровским, состоялось перед учебным выходом, когда экипажи уже рассаживались по машинам. Комбат подвел к замыкающему БМП плотного, низенького лейтенанта в полевой форме, представил и объявил:

— Вот вам новый командир, только что из училища. Присмотрите и присмотритесь…

Распутин тогда еще не знал, что блуждающий взгляд лейтенанта означает крайнюю степень возбуждения, за которой следует неадекватное, на грани помешательства, восприятие окружающего мира и непредсказуемые действия. Хотя что-то неладное в поведении Бамбуровского видно было сразу.

Но чудеса начались, как только машина отстала, и экипаж потерял визуальный контакт с колонной. Внутри БМПхи был слышен только командирский крик, заглушавший рев двигателя. Бамбук отдавал приказы один дурнее другого, командиру по рации непрерывно сообщал об ордах басмачей, круживших вокруг боевой машины. Требовал от башнёра вести непрерывный огонь по врагам.

Из БМП десанту конструктивно плохо виден окружающий мир, но наводчик-то — в башне! Он орет “куда стрелять?”. В ответ — мат… В конце концов, Бамбук выгнал из башни наводчика, как предателя-мусульманина и будущего заключенного, и сам сел на его место. С этой минуты пулемет строчил, не умолкая.

С трудом успокоив расстроенного до слез наводчика, под грохот очередей Григорий задремал. Проснулся от тишины и резких ударов прикладом по броне. Выбравшись под солнце, обнаружил свою машину, стоящую в одиночестве на песчаной горе со слетевшими гусеницами, и визжащего лейтенанта. Дело обычное. БМП при поворотах боится песка, щебенки и легко разувается. Надо было притормозить, а он приказал механику гнать. Кругом не видно даже следов колонны, внизу дымила очагом маленькая сакля.

Высказав лейтенанту всё, что они думают о его командирских способностях, обув машину, разведчики обнаружили своего Мальчиша Кибальчиша бодро докладывающим о вооруженном мятеже отделения и об обнаруженных сигнальных дымах врагов. Лейтенант уже не воспринимал короткие матерные слова Потапыча о немедленном возвращении. Григорий понял, что парня пора вязать.

Так он, спутанный ремнями, и приехал в расположение полка. Весь обратный путь пулемет молчал, толпы пеших и конных врагов растворились, несостоявшийся герой-разведчик выл и грыз путы, не забывая напоминать экипажу о скором расстреле. В разведке есть святое правило: если разведчики отказываются воевать-служить с человеком, он вылетает из подразделения. Этот воин просто опасен для себя и окружающих. Убыл из разведроты быстро, как и появился.

Григорий был уверен, что отправят лейтенанта от греха подальше в СССР, однако судьба распорядилась иначе. Бамбуровский осел в самом безопасном месте полка — в комендантском взводе. “Замок” (**), интеллигентнейший сержант из студентов-неудачников, перемежая мат с «отнюдь» и «позвольте», жаловался Айболиту на свою службу с новым начальником. “За что мне такой командир? Что и в какой жизни я натворил? Вся книга о Швейке в одном лице. Всех, включая коллег-офицеров, считает быдлом. Сам — белая кость, патриций. Разговаривает тихо, вежливо, на вы... Требует неукоснительного исполнения устава, обращение к нему только строевым, и т.д и т.п. На жаре он в ПШ (***) застегнут на все крючки, перепоясан всеми ремнями. На всех собраниях и политинформациях агитирует с пеной у рта за коммунизм, и при этом – фарцовщик конченый. Как это всё совмещается, не понимаю!”

Бамбук, коротышка с красным, мокрым лицом, действительно представлял собой пугающе-комичное зрелище. Целый день слонялся по территории, спрашивая у первогодков точное время. Если блеснувшие на солнце часы были не советского производства, немедленно конфисковывал, как вещь, имеющую подозрительное происхождение. Еще он по вечерам любил ходить у палаток и техники, прислушиваясь к звукам музыки. Не надо, наверное, рассказывать, куда попадали обнаруженные приемники и магнитофоны.

Очевидно розничная коммерция настолько увлекла лейтенанта Бамбуровского, что вскоре он решил сделать свой бизнес многоотраслевым. Тем более, что представилась реальная возможность. Некоторое время назад из союза случайно привезли ящик учебных гранат. Такие же, как настоящие, только черные… Каптерщик пинал его из угла в угол.

Руки не доходили содержимое выкинуть, а ящик пустить на дрова, пока изобретательный Григорий не предложил перекрасить их в привычный зеленый цвет и продать оптом на базаре. Сам Распутин вскоре отбыл в очередную командировку с разведкой, но посеянные им зёрна упали на благодатную почву и проросли. Бойцы провернули торговую операцию за рекордно короткий срок и ухахатывались в курилке, представляя морду лица моджахеда в бою с кольцом от "удачной" покупки в руке! За этим делом их и поймал Бамбук.

Вычислив суть и участников сделки, собрал главных фигурантов и объявил: “У вас два пути. Или отстегивать с каждой операции по тысяче афганей, или готовиться к встрече с особистом и трибуналом, закрывающей, как минимум, путь в любой ВУЗ на гражданке”. Слово "рэкет" тогда было не знакомо, но это вымогалово ребятам не понравилось. Короче, консенсуса с Бамбуком не случилось. А вечером в полусерьезной спортивной схватке с Ежовым он так больно ударился о землю, что выбыл из строя почти до конца срочной службы Гриши.

Ёжик, отправив в госпиталь незадачливого вымогателя, провел воспитательную беседу с личным составом. Бойцы узнали, что все люди наделены интеллектом, но у присутствующих он проявляется бессимптомно. И что мозг — единственный думающий орган человека, но не единственный, принимающий решения… А после лекции помрачнел, посмотрел в окно и сказал больше для себя, чем для окружающих: “А с Бамбуровским будут еще проблемы и немалые….” Как в воду глядел...

--------------------------

(*) Имеется ввиду старый армейский анекдот:

Военная часть… Курилка. Сидят 4 лейтенанта. Один предлагает идти к командиру части проситься в отпуск. Встали пошли. Заходит к командиру первый:

— Товарищи полковник, лейтенант Пупкин. Разрешите в отпуск.

— Да ты че! В отпуск, говоришь? Давай рацпредложение, и пойдешь в отпуск!

— Легко! Вон у Вас под окном солдат траву косит. Че он косой в одну сторону машет? Давайте ему вторую косу привяжем, пусть косит налево и направо!

— Молодец! В отпуск!

Заходит второй:

— Давай рацпредложение…

— Легко! Вон у Вас под окном солдат траву косит. Че он косой туда-сюда машет? Давайте ему к косе привяжем вилы, пусть сразу в кучки складывает!

— Молодец! В отпуск!

Заходит третий:



— Давай рацпредложение…

— Легко! Вон у Вас под окном солдат траву косит. Че он косой туда-сюда машет, траву в кучки складывает? Давайте к нему привяжем тележку, пусть сразу и отвозит!

— Молодец! В отпуск!

Заходит четвертый:



— Давай рацпредложение…

— Не знаю.

— Ну-у-у-у… Так иди думай. Придумаешь приходи!

Выходит лейтенант на крыльцо, закуривает нервно, стоит «репу морщит».

И тут подходит к нему этот солдат. С этой хреновиной в руках с привязанной тележкой, весь потный, обессиленный. И злобно так, спрашивает у лейтенанта:

— Чё, товарищ лейтенант, в отпуск хотите?!

— Да-а…

— И рацпредложение не можете придумать?!

— Да-а…

— ФАРУ МНЕ НА ЛОБ, Б**ТЬ!!! ФАРУ!!! ЧТОБЫ НОЧЬЮ КОСИЛ!!!


 
(**) Замок — замкомвзвода.
(***) ПШ — полушерстяная полевая офицерская форма.

Справка: Автор не был “за рекой”, хотя с военной службой знаком не понаслышке — два года срочной, год — прапорщиком и шесть лет — до распада СССР — офицером ПС. Про Афганистан писал по мотивам воспоминаний Игоря Ристолайнена (разведка 95го МСП)

Книга выкладывается по адресу

 

Подписаться на RSS рассылку

Дискуссия

Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Гарри Гайлит
Австрия

Гарри Гайлит

Литературный и театральный критик

Купи ребенку Жюля Верна!

Нужно ли читать книги?

Гарри Гайлит
Австрия

Гарри Гайлит

Литературный и театральный критик

ЧЕГО МЫ ЖДЕМ ОТ ЛИТЕРАТУРЫ?

Хороший вопрос, правда?

Олег Озернов
Латвия

Олег Озернов

Инженер-писатель

Формула одесситки

отрывок из главы «Женщина, подвиньтесь!»

Олег Озернов
Латвия

Олег Озернов

Инженер-писатель

Порт приписки

отрывок из главы «Босыми ступнями по счастью и углям»

Наезд на левых не случаен

Не передёргивайте. Одно дело просто переименование, а другое дело называть именами живых людей города и заводы.

Глобальный рынок водорода

Как это "обязаны"? Кто обязал делать бензин хуже?9,5% - это много.В дизель тоже много чего намешивают, вибрация.

Глубинное государство

В Тунисе остались карфагенские дороги ? Вот это новость , покажите ? Контрибуций хватило на 150 000 км дорог? ))) Ещё и на зерно осталось , шикарная у вас бизнесшкола .

Мальчик, а зачем тебе огнестрел?

Спикер задает вопрос (Я НЕ ПОНИМАЮ! Зачем в России вообще продаются полуавтоматические помповые ружья всем, кто желает их купить), сам на него отвечает (Нет, отчасти — понимаю. Это

Разговор, отложенный на завтра

Уже 30 лет нашего конца ждете, а проздник души вашей все не наступает. Умаялись поди? Слюней надолго еще брызгать хватит?

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.